Перед столом, в почтительной, но неестественно расслаб-ленной позе, стоял доктор Отто Вольфрам — директор Института социобиологических исследований. В белом халате на военного он не походил вовсе. . Возраст доктора угадывался плохо — и сорок, и пятьдесят. Отто был высок и худ до неестественности. Жидкие пепельно-серые волосы, с редкими тёмными прядями у висков, зачёсаны назад, открывая вы-сокий, чуть выпуклый лоб, похожий на полированную крышку прибора. Лицо длинное, с острыми, будто выточенными из слоновой кости скулами и тонкими, бескровными губами, всегда поджатыми в полуулыбке человека, только что разгадавшего чью-то глупую, но занятную ошибку. На гладкой, почти восковой коже не виднелось ни морщин страсти, ни складок улыбки, а лишь две сухие бороздки от крыль-ев носа к уголкам рта — словно проложенные скальпелем для от-вода лишних эмоций. Однако главными в этом лице были гла-за. За стёклами очков в тонкой стальной оправе прятался бледно-голубой, почти бесцветный взгляд, отдающий зимним небом перед снегопадом. Ни злобы, ни фанатизма, ни простого человеческого любопытства в нём не читалось — только тихая, абсолютная убеждённость в собственном праве знать всё и исправить всё, что работало неоптимально.