— Пришла вовремя, — голос раздался так близко, что я едва не вскрикнула.
Я резко обернулась. Габриэль стоял у края моста, прислонившись спиной к корявой иве. Я не слышала его появления — ни хруста ветки, ни шороха листьев. Он просто материализовался из тумана. Бледный свет дня падал на его лицо, делая скулы острыми, почти хищными. Прядка волос выбилась из его обычно безупречной прически и теперь падала на лоб. Но больше всего меня поразила морщинка между его бровями. Он смотрел на меня с таким напряжением, будто я была сделана из тончайшего стекла, которое вот-вот разобьется. Амулет у меня на шее буквально вибрировал холодом, отзываясь на его присутствие.
Мы молчали несколько долгих секунд. Мой взгляд, прямой и немигающий, говорил ему: я знаю достаточно, чтобы ты не смел мне лгать. Габриэль медленно перевел взгляд на куртку на моих плечах, и его глаза на мгновение потеплели, но тут же снова стали холодными и бдительными.
— Диана, я хотел начать с того… — он заговорил осторожно, его голос звучал как бархат, скрывающий сталь.
— Не надо, Габриэль, — я оборвала его, делая шаг вперед. — Давай без этого. Без «я хотел объяснить» или «тебе показалось». Я слышала ваш разговор с Каем сегодня утром. Я знаю, что произошло с моими родителями. Я знаю, что это сделали первородные. Не трать время на загадки. Расскажи мне всё.
