Children's book cover: girl Katya presses a large satin letter 'A' to her cheek, with a small whimsical Letterkeeper.
Попробовать бесплатно
Анимировать
Information
Comments
Settings
Сюжет
Катя обиделась на буквы совсем не просто так. Каждый вечер мама доставала азбуку, и буквы на страницах стояли ровными холодными столбиками — плоские, одинаковые, будто нарисованные под линейку. Катя путала «Р» с «Я», забывала, куда смотрит «Ё», и однажды со злости захлопнула книжку так, что та подпрыгнула на столе. — Не хочу вас знать! — сказала она буквам. — Вы скучные и все на одно лицо. В комнате вдруг потемнело, будто кто-то задёрнул занавеску прямо в воздухе, а потом в углу закружилась горстка блестящей пыли — цветной, шуршащей, пахнущей то ли клеем, то ли ёлкой, то ли морем. Пыль сложилась в невысокого человечка в пальто, у которого вместо пуговиц были разноцветные катушки ниток. — Будем знакомы заново, — сказал он и слегка поклонился, отчего с его плеч посыпались блёстки. — Я Буквовед. Твои буквы обиделись не меньше твоего — им надоело быть плоскими. Хочешь, я покажу тебе, из чего они сделаны на самом деле? Катя фыркнула, но любопытство пересилило обиду, и она кивнула. Буквовед щёлкнул пальцами — и прямо из воздуха на стол посыпались буквы. Только это были не буквы из книжки. Это были буквы, которые можно потрогать, понюхать и даже послушать. **А** упала первой — гладкая, глянцевая, скользящая под пальцами, будто рукав парадного платья. Она была сшита из плотного атласа, туго натянутого на каркас, и по краям кто-то аккуратно подрубил ткань, чтобы она не осыпалась. Стоило провести по ней ладонью снизу вверх — и буква тихо шелестела, точно шёлковая занавеска на ветру: «А-а-а-атлас, атлас…» Катя приложила её к щеке — атлас был прохладным, а через секунду нагрелся от кожи, будто буква тоже была живой и слегка смущалась. — Первая буква — самая нарядная, — улыбнулся Буквовед. — Она
РежимОбложки книг
Стиль No style

Book cover: Katya in the Alphabet Kingdom — children's illustration

A warm children's book cover showing Katya hugging a sewn satin letter 'A' while the tiny Bookkeeper of Letters brings the alphabet to life in a magical scene.
Comments
Settings
Сюжет
Катя обиделась на буквы совсем не просто так. Каждый вечер мама доставала азбуку, и буквы на страницах стояли ровными холодными столбиками — плоские, одинаковые, будто нарисованные под линейку. Катя путала «Р» с «Я», забывала, куда смотрит «Ё», и однажды со злости захлопнула книжку так, что та подпрыгнула на столе. — Не хочу вас знать! — сказала она буквам. — Вы скучные и все на одно лицо. В комнате вдруг потемнело, будто кто-то задёрнул занавеску прямо в воздухе, а потом в углу закружилась горстка блестящей пыли — цветной, шуршащей, пахнущей то ли клеем, то ли ёлкой, то ли морем. Пыль сложилась в невысокого человечка в пальто, у которого вместо пуговиц были разноцветные катушки ниток. — Будем знакомы заново, — сказал он и слегка поклонился, отчего с его плеч посыпались блёстки. — Я Буквовед. Твои буквы обиделись не меньше твоего — им надоело быть плоскими. Хочешь, я покажу тебе, из чего они сделаны на самом деле? Катя фыркнула, но любопытство пересилило обиду, и она кивнула. Буквовед щёлкнул пальцами — и прямо из воздуха на стол посыпались буквы. Только это были не буквы из книжки. Это были буквы, которые можно потрогать, понюхать и даже послушать. **А** упала первой — гладкая, глянцевая, скользящая под пальцами, будто рукав парадного платья. Она была сшита из плотного атласа, туго натянутого на каркас, и по краям кто-то аккуратно подрубил ткань, чтобы она не осыпалась. Стоило провести по ней ладонью снизу вверх — и буква тихо шелестела, точно шёлковая занавеска на ветру: «А-а-а-атлас, атлас…» Катя приложила её к щеке — атлас был прохладным, а через секунду нагрелся от кожи, будто буква тоже была живой и слегка смущалась. — Первая буква — самая нарядная, — улыбнулся Буквовед. — Она
РежимОбложки книг
Стиль No style